9 февраля 1844 года родился известный юрист, блестящий судебный оратор Анатолий Федорович Кони. Три малоизвестных дела прокурора Анатолия Кони.

«Более рыцарского противника, чем Анатолий Кони, нельзя было встретить во время судебного следствия. Состязаться с Кони, значило иметь возможность сосредоточиться на исключительно главных пунктах дела, отбросив в сторону все мелкое и неважное, все наносные элементы, так часто затрудняющие расследование и раскрытие истины», – писал о выдающемся прокуроре его коллега по цеху Константин Арсеньев.

Современники называли Анатолий Федоровича «Господин Закон», сам же Кони о себе говорил, что всегда старался быть «слугою правосудия, а не лакеем правительства».

Вспомним шокирующие, но малоизвестные дела, которые вел прокурор Санкт-Петербургского окружного суда.

Любовный треугольник в деле крестьянки Емельяновой

Анатолия Кони считают создателем русской школы судебного красноречия. В истории сохранилась его пламенная речь, произнесенная на слушании дела банщика Егора Емельянова, молодого человека, которого обвиняли в убийстве жены Лукерьи.

Тело женщины было обнаружено в реке Ждановке. В начале никто и не помышлял о том, что ее смерть была насильственной. Произошло это в тот момент, когда ее супруг находился под арестом за то, что поколотил одного студента. Близкие решили, что жена с горя решила утопиться, не вынеся расставания с любимым.

Однако, когда за дело взялся Анатолий Кони, стало ясно, что о любви в этом браке давно уже не было и речи. Юрист смог составить психологические портреты всех участников событий и раскрыть, какие мотивы двигали ими.

Обвиняемый, Егор Емельянов приехал в Петербург, когда ему было 16 лет. Молодой человек устроился на работу банщиком при номерных, так называемых «семейных» банях, где каждый день становился невольным свидетелем «систематического разврата и беззастенчивого проявления грубой чувственности». Около двух лет Егор встречался с Аграфеной Суриной, бойкой и веселой девушкой, но посватался к другой – к тихой и кроткой крестьянке Лукерье. Дав невесте обещание больше не встречаться с любовницей, Емельянов стал жить с новой возлюбленной. Однако, после свадьбы отношения между ними не заладились, и сельчане все чаще видели Егора в компании прежней озорной подруги.

Однажды Егор повздорил на работе с одним студентом и, не сдержавшись, пустил в ход кулаки. За это он был взят под стражу на несколько дней. В этот момент и утонула при странных обстоятельствах его жена. Правда, вскоре в околотке пошел говор об утопленнице, который исходил от Аграфены Суриной. Болтливая особа не могла утаить, что Лукерья не свела счеты с жизнью, а была утоплена мужем.

В ходе расследования было установлено, что мужчина в тот день «отпросился» на прогулку, вернулся домой, где у Ждановки напал на свою жену. Утопив супругу, он через час вернулся в участок.

Чтобы закрепить свой союз с Аграфеной, он решает ей все рассказать, связав их общей тайной. Говоря об Егоре, Анатолий Федорович отмечал:

«Подсудимый – человек самовлюбленный, гордый и властный; прийти просто просить у Аграфены прощения и молить о старой любви значило бы прямо сказать, что он жену не любит потому, что женился "сдуру", не спросясь броду; Аграфена стала бы смеяться. Надо было иметь возможность сказать Аграфене, что она может нарушить закон, потому что этого закона нет, потому что жена внесла бесчестье в дом и опозорила закон сама».

Присяжные, выслушав речь прокурора, вынесли Емельянову вердикт: виновен в «насильственном лишении жизни своей жены, но без предумышления и по обстоятельствам дела заслуживающим снисхождения». Его приговорили к 8 годам каторги и лишили всех прав состояния.

 

Анатолий Кони умел мастерски создавать психологические портреты фигурантов дела.

Страшная тайна семейства чиновника К.

В 1906 году в издании «Русская старина» была опубликована история, произошедшая с Анатолием Кони в начале семидесятых годов, когда он только переехал в Петербург из Казани. В производстве у следователя он увидел запутанное дело, в котором фигурировала уважаемая семья чиновника К.

Правоохранительные органы пытались выйти на след злоумышленников, надругавшихся над 19-летней дочерью чиновника, которая позже свела счеты с жизнью. Подробности этой истории не могли никого оставить равнодушными.

Из материалов дела следовало, что родители Надежды К. познакомились с богатым банкиром, у которого была одна пикантная слабость – неопытные невинные девушки. Недолго думая, они решили предложить ему провести время со своей старшей дочерью Надей, за что, вероятно, получили щедрый аванс. При этом им было хорошо известно, что их дочь была замужем за одним чиновником, с которым, правда, вместе не жила. Отбросив все нормы морали, они стали настаивать, чтобы Надежда отдалась банкиру за немалый гонорар, и даже уговорили знакомого профессора подтвердить ее невинность. В итоге был назначен день «свидания», в который девушка должна была приехать к богачу на роскошный ужин и остаться у него на ночь. При этом банкир строго пригрозил семье К., что если он узнает об обмане, то им всем несдобровать.

Казалось, что сделке уже ничто не может помешать, но родители не учли один момент – Надежда была влюблена в молодого красавца, офицера лейб-гвардии Казачьего полка.

Накануне своего визита к банкиру, она назначила своему возлюбленному встречу в загородном ресторане. Девушка сняла кабинет и заказала ужин с бутылкой шампанского. Но кавалер, явно не испытывавший к ней взаимных чувств, не соизволил явиться на встречу. Осушив пару бокалов шампанского, в 11 часов вечера юная особа отправилась к нему в казармы. Но и там ей не удалось с ним встретиться. Последний раз в тот день ее видели в кампании трех его товарищей.

Домой Надежда вернулась в 6 часов утра. Пока ее родственники спали, она поднялась в свою комнату и закрыла дверь. Через несколько минут прозвучал выстрел. Пуля, на задев сердца, повредила спинной мозг. Родители, испугавшись огласки этой истории, не стали вызывать полицейского врача, а пригласили в дом друга семьи, который преподавал в Медико-хирургической академии.

Осмотрев девушку, профессор пришел к выводу, что Надежда стала жертвой сексуального насилия, совершенного, вероятно, несколькими мужчинами. Постепенно у девушки отнялись руки и ноги, когда она уже не могла говорить, о произошедшем семья сообщила в полицию. Несколько дней, пока страдала несчастная, полицейские пытались выяснить, что с ней произошло. Однако, на все вопросы та отвечала лишь стонами и слезами. Вскоре Надежда умерла.

Выйти на след преступников следователи так и не смогли. Спустя какое-то время Анатолий Кони имел разговор с профессором, который первый осмотрел несчастную Надю. В личном разговоре, тот сказал, что знает мучителей девушки, но назовет имена при одном условии – Анатолий Федорович никому никогда об этом не скажет.

«Милостивый государь, я с вами говорю как прокурор, а не по дружбе, которой между нами существовать не может, тем более, что я не имею чести быть с вами знакомым и вижу вас в первый раз», – ответил на это Кони.

На это профессор пожал плечами и сказал, что тогда ему ничего не известно, покинул кабинет.

Дело семейства К. было закрыто.

Дело «двенадцатикратного миллионера» Овсянникова

В 1875 году в Петербурге слушалось дело потомственного почетного гражданина, уважаемого купца Степана Тарасовича Овсянникова. Известный хлеботорговец имел в профессиональной среде блестящую репутацию: был отмечен медалями «За полезное» и «За усердие». Но при этом за ним тянулся шлейф из 15 уголовных дел, по которым он, правда, проходил как свидетель. История нечистого на руку дельца привлекла внимание прессы и вызвала пристальное внимание со стороны общественности.

 

Прокурором Санкт-Петербургского окружного суда Анатолий Фёдорович работал более четырёх лет

А поводом для расследования послужил крупный пожар на Измайловском проспекте. Напротив станции Варшавской дороги огонь охватил огромную паровую мельницу. Анатолий Кони, который в то время был прокурором Петербургского окружного суда, заинтересовался обстоятельствами этого инцидента. Осмотры места происшествия и расспросы очевидцев показали, что имел место поджог. В ходе расследования стало ясно, что пожар на мельнице мог быть выгоден Овсянникову.

Когда стражи порядка пришли к нему в дом с обысками, то обнаружили много любопытных документов и бумаг, в которых был список людей, которым влиятельный поставщик муки ежемесячно платил мзду за покровительство. Когда купца попытались взять под арест, у него нашлись уважаемые заступники, но, несмотря на все ухищрения, он оказался за решеткой.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что поджог мельницы осуществили приказчик и сторож, заказчиком же преступления, действительно, оказался Овсянников. Купец был сослан в Сибирь на поселение. Позже, когда ему разрешили перебраться в Европейскую Россию, он переехал в Царское Село, где и прожил до конца своих дней.

«Это дело было настоящим торжеством нового суда. Немецкая сатирическая печать даже не хотела верить, чтобы двенадцатикратный миллионер Овсянников мог быть арестован, а если бы это и случилось, то выражала уверенность, что на днях станет известным, что одиннадцатикратный миллионер Овсянников выпущен на свободу», – писал годы спустя Кони в своих воспоминаниях.